Политика

В ожидании «бруда» и смрада

версия для печати отправить другу обсудить на форуме
13.10.2008 / Ян Кравцов
В ожидании «бруда» и смрада

Пока итог очередной внеочередной избирательной кампании только один: эти выборы могут стать первыми, которые могут стать не состоявшимися из-за неявки избирателей. Надо думать, что устроителей сего действа это очень волнует.

Сидит, небось, Виктор наш Андреевич или даже сам Балога и думает: интересно, отчего эти маленькие украинцы так не хотят на выборы опять идти? Какой опрос ни глянь, а загадочная партия со странным названием «против всех» только набирает популярность. Блок Азарова «Дапашливы» в опросах не участвует, но тоже, наверное, получил бы, как минимум, проходной балл.

Нет, не то чтобы вождей этот вопрос сильно заботил (когда это их, интересно, заботило мнение, извините за выражение, народа?), а просто интересно. Забавно даже. Из серии «загадки дикой природы». Вот если бы это доставляло дополнительные неудобства – ну, скажем, пришлось бы отменять порог явки, чтобы очередное внеочередное народное волеизъявление не было признано несостоявшимся, тогда да, над вопросом «куда, куда вы удалились?» надо было бы поразмыслить, а так…

Руководство политических партий и блоков тема тотального пофигизма волнует куда больше, потому что скромные проценты в избирательных протоколах – это тысячи и десятки тысяч недополученных голосов. Нет, голоса сами по себе тоже никого не волнуют, а вот количество своей группировки у кормушки…

Между тем, ответ на вопрос, отчего народ все меньше хочет ходить на выборы, очень прост. Да потому, что от выборов рядовой гражданин Украины получает куда больше неудобств, нежели преимуществ. И «негараздив» здесь более чем достаточно, чтобы в воскресный день «маленький украинец» пошел куда угодно (а то и вовсе остался дома отсыпаться перед тяжелой трудовой неделей), кроме избирательного участка. Патриотизм в демократическом обществе, простите за грубость, измеряется мещанским комфортом, и чем его меньше, тем больше шансов, что люди будут увиливать от почетной обязанности переизбрать, точнее – перераспределить, своих вождей.

Во времена преступного кучмистского режима, когда выборы проходили в положенные им сроки, каждый поход на участок был как праздник – Олимпиада там или чемпионат мира по футболу. Их ждали, к ним готовились. Неторопливо и со вкусом спорили за бутылочкой с соседом, который поддерживает другую партию. Вдумчиво читали программы партий и биографии кандидатов. Солидно хмыкали, слушая выступления тех же кандидатов по телевизору. И к вопросу, кому делегировать управление страной от своего имени, подходили со всей серьезностью. В конце концов, люди верили, что от них что-то зависит. Но с нынешней периодичностью электоральных кампаний вся эта подготовка, составлявшая половину удовольствия от исполнения гражданского долга, оказывается скомканной и никакой радости не доставляет. Одно дело – планировать дружескую попойку заранее, с чувством собственного достоинства выбирать закуски и напитки в магазине и с приятным холодком предвкушения листать газету, пока жена режет салаты, другое – когда к тебе врывается сосед с бутылкой, трясущимися руками и, даже не поздоровавшись, начинает суетиться: «Петрович, трубы горят, давай, быстренько, скорей-скорей, наливай!». Улавливаете разницу?

От выборов в нынешнем виде – сплошные неприятности. Во-первых, становится невозможно смотреть телевизор. Телевизионному начальству от любых выборов одна польза, потому что мудрый закон запрещает давать скидки на политическую рекламу. Любой, даже самый заштатный, телеканал во время избирательной кампании деньги гребет если не экскаватором, то лопатой – точно. Мнение зрителя, который не может посмотреть фильм или футбол без того, чтобы десять раз не прерваться на рекламу с надоевшими хуже горькой редьки откормленными физиономиями в галстуках и одной мордашкой в «Луи Виттоне», никого не интересует. И правильно: если отбросить нецензурщину, так получается, что обычный телезритель ничего не сказал. Промолчал как рыба.

Во-вторых, начинает всерьез раздражать количество глянцевой бумаги, которой оказывается окружен избиратель. Знакомые печатники говорят, что у них сердце кровью обливается, когда они видят, сколько первосортной полиграфии летит в мусорные урны в буквальном смысле этого слова. И это еще хорошо, если в урны. Листовки и буклеты зачастую ровным слоем устилают улицы, площади, парки и скверы, укрывают ковром несбывшихся надежд полы в подъездах. Когда вечерами сворачиваются агитационные палатки, агитаторы всегда оставляют после себя размокшие картонные коробки с остатками агитпродукции. Место метят, что ли?

В-третьих, во время выборов с утра не хочется даже выходить на улицу, поскольку по городам становится невозможно ходить и ездить. Автомобилисты и пользователи общественного транспорта стоят в пробках из-за митингов, шествий и демонстраций. Пешеходы не могут спокойно добраться до работы без того, чтобы их несколько раз не схватили за руку с просьбой: расписаться «в поддержку»; расписаться «в знак протеста»; поучаствовать в социологическом опросе (в анкете почему-то никогда нет пункта «идите вы все»). Да еще приходится внимательно смотреть под ноги, потому что обитатели пикетов и палаточных городков любят бросать, где ни попадя не только глянцевые лики своих партийных боссов, на которых можно поскользнуться в плохую погоду, но и остатки пищи, пластиковые стаканчики и прочие продукты жизнедеятельности.

В-четвертых, любая избирательная кампания становится для обычного человека временем крушения иллюзий. Не то чтобы народ очень сильно обманывался в отношении тех, кто рвется им руководить, но по доброте душевной старался думать о них хорошо. Однако неблагодарные люди в дорогих прикидах сами делают все, чтобы окончательно убедить: не надо думать о нас хорошо, мы являемся именно тем, чем нас называют, когда в триста пятнадцатый раз за день видят по телевизору. Под завывания о «чистых» и «прозрачных» выборах кандидаты вываливают друг на друга ушаты с грязью, рассказывают все гадости, какие знают, не стесняясь, плюют друг другу в борщ и смакуют неприглядные подробности личной жизни. Не то чтобы кто-то сильно на их счет обольщался, но становится как-то неловко – если мы за них, таких, голосуем, то и сами, получается, ничем не лучше…

В-пятых, в-шестых и так далее… Список можно продолжать и продолжать. У каждого могут быть свои, глубоко личные причины. Мы не упомянули еще, к примеру, назойливых похождений по квартирам с социологическими опросами. Кого-то баллотирующееся в депутаты начальство выгоняет агитировать народ за себя, любимого. Нередко – безо всяких доплат и премий за тяжкий труд на политической ниве. Избирательные участки любят устраивать в школах, а это означает бессонные ночи для учителей, скопом записанных в участковую избирательную комиссию, хотя никто из тех, чьи голоса считают труженики народного образования, пока не сделал ничего, чтобы учитель по уровню благосостояния догнал хотя бы попрошайку на паперти.

Ко всему этому стоит добавить, что все меньше остается ощущения, что от «маленьких украинцев» что-то зависит. Люди идут на участки, голосуют, поддерживают «своих», а потом один дяденька с вечно перекошенным галстуком (ну, не понял он за четыре года президентства, что человечество давно изобрело булавки для галстуков) одним росчерком пера все отменяет: не считается, давайте переголосуем. Ладно, один раз, переголосовали, второй… Но сколько ж можно-то, а?

УРА-Информ.Донбасс

версия для печати версия для печати отправить другу отправить другу обсудить на форуме обсудить на форуме (0)

Если вы заметили орфографическую, стилистическую или другую ошибку на этой странице, просто выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter.